Акция Архив

"Северная звезда"-2018

"Северная звезда"-2018

Продолжается конкурс "Северная звезда"-2018. Дедлайн - 30 сентября.

Литературная премия журнала "Север"

Литературная премия журнала "Север"

Лауреатами за 2017 год стали Андрей Фарутин (г. Петрозаводск), Александр Титов (Липецкая обл.), Олег Мошников (г. Петрозаводск), Алексей Казаков (г. Челябинск).


Позвоните нам
по телефону

− главный редактор, бухгалтерия

8 (814-2) 78-47-36

− факс

8 (814-2) 78-48-05

Free counters!

"Север" № 07-08, стр. 232

Гимн озерному "Волку"

Александр ВОРОНИН, ПО РОССИИ С ЛЮБОВЬЮ


Александр ВОРОНИН

г. Петрозаводск

Гимн озерному «Волку»

Петрозаводск, Онежское озеро, набережная, разгар дня. К берегу под парусом идет судно. Не яхта, а деревянная большая лодка. Парус прямоугольный, нос изогнут и увенчан резной головой волка. Драккар? Нет, у драккара корма загнута так же, как нос. Карбас? Но у карбасов штевень прямой. Короче, непонятно.

Лодка швартуется недалеко от памятника Петру I. Теперь легко оценить ее размеры. В длину метров десять, в ширину три метра. Внушительная лодка, хотя осадка, как потом выясняется, всего 30 сантиметров без груза. Даже не лодка, а корабль. Еще на подходе судно привлекало к себе внимание, а после швартовки люди проявляют повышенный интерес. Фотографируют, спрашивают, что за зверь такой, просятся прокатиться.

Помню времена, когда паруса яхт в Петрозаводской губе Онежского озера были неотъемлемой частью акватории. Причем было это не так давно. Я сам на мини-яхте «Ассоль» (длина чуть больше 5 метров), которая была у старого армейского товарища, сходил к мысу Бесов Нос и в Муромский монастырь, на Ивановские и Шардонские острова, а также участвовал в городской регате вокруг Лойострова, где наш экипаж занял третье место среди 7 яхт своего класса. А сейчас нет-нет да и помаячит одинокий парус, и вновь гладь залива пуста и бесприютна.

Не хочу сказать, что яхт в Петрозаводске совсем не осталось, но они стали редкостью. Содержать яхту очень накладно. Парусный спорт совсем захирел, и никому, кроме энтузиастов, до него нет дела. И это на берегу Онежского озера, одного из самых больших озер Европы.

В такой ситуации новый парусный корабль выглядит если не чудом, то чем-то из ряда вон, чем-то выдающимся.

Так что же это за корабль такой? Откуда взялся, кому принадлежит?

Находится он в частном владении, называется «Волк», о чем нетрудно было догадаться при упоминании о резной голове волка на носу судна. Что такое морской волк, мы знаем. Благодаря Джеку Лондону и вообще. Теперь будем знать, что такое озерный «Волк». Хоть этот «Волк» не совсем озерный, он может и по морю спокойно ходить.

Нынешний год – третья навигация лодки. Хозяин – Олег Александрович Демочкин. Не просто хозяин, а еще, как нынче говорится, автор идеи, спонсор и продюсер.

 

Любовь к воде и путешествиям проявилась у Олега Демочкина с детства. Он родился и вырос в Кондопоге, которая, как и Петрозаводск, стоит на берегу Онежского озера, а немногим южнее находится устье Суны, реки, на которой привечает туристов визитная карточка Карелии водопад Кивач. Олегу уже с 13 лет отец доверял весла, и Олег уходил на лодке в одному ему ведомые маршруты.

Хотя отец, Александр Павлович, мечтал видеть сына на Кондопожском целлюлозно-бумажном комбинате, где всю жизнь трудился сам, Олег тайком поступил в Петрозаводское речное училище. Затем были армия и долгие годы бизнеса, когда тягу к путешествиям по воде пришлось держать под спудом. Но зрела мысль заиметь свою лодку. Причем не просто лодку, а как у древних викингов, ну или что-то очень похожее и обязательно большое. Как он говорит – настоящую ладью. Попутно нарастало желание стать хозяином самому себе, то есть выйти из всех бизнес-структур, в которые был интегрирован, верша дела, приносящие деньги. Уйти на вольные хлеба удалось в 2008 году в 35-летнем возрасте. Под руками остались быстроходный катер, развивающий скорость порядка 80 км в час, и снегоболотоход «Нива-марш 1922», предназначенный для поездок на охоту, зимнего сообщения с островом Кижи и на котором Олег помогает МЧС вытаскивать застрявшие или пытающиеся провалиться под лед снегоходы.

С помощью этой техники Олег Демочкин работал с туристами. Возил их в музей-заповедник «Кижи», на мыс Бесов Нос смотреть петроглифы и на Белое море охотиться на гусей, а также организовывал охотничьи туры на лося. Короче, без дела не сидел. Но и о лодке не забывал.

 

Идея с лодкой оформилась, когда Олег Демочкин был на Белом море. Сломался вездеход – у несокрушимой «Нивы-марш» лопнула рулевая тяга. Для ремонта требовалась сварка, которую он нашел в оказавшемся недалеко рыболовецком колхозе. Там увидел поморские карбасы. Не просто увидел, а под каким-то особым углом зрения, когда высветилась вся самобытная красота этих древних по форме деревянных лодок. В процессе общения с селянами выяснилось, что эти красавицы лодки рыбаки нигде не заказывают, а шьют прямо у себя, как шили сто и больше лет назад. То есть строители лодок – вот они, только договорись.

Но от идеи до проекта путь довольно длинный и далеко не всегда завершающийся в конечном пункте, что уж говорить о реализации. Четыре года Демочкин размышлял, проверял свои ощущения – нужна ли все-таки ему такая лодка. А если нужна, то каково ее место в Онежском озере, что с ней делать, под какие функции приспособить? К тому же катер в то время его вполне устраивал. На нем Демочкин переход до Бесова Носа делал за полтора часа.

Однако постепенно события и обстоятельства стянулись в одну точку и стало ясно: лодке – быть! План возможного использования карбаса обрел определенные черты, желание иметь лодку вызрело и перешло в намерение, а от постоянных сотрясений катера на скоростном ходу по волнам стала болеть спина. Тут как раз нашелся и покупатель на катер. Деньги же были пущены на лодкостроительство. Мало того, заложено было аж два корпуса.

 

2 января 2011 года бригада из трех человек в небольшом боксе, пристроенном к одному из гаражей в гаражном кооперативе района Ключевая, приступила к работе. Трудились около 6 недель по 12 часов в день. Призванный из Беломорья мастер имел за плечами более 50 собранных лодок и настолько хорошо знал свое дело, что ему было достаточно лишь рулетки. Сам Демочкин был на подхвате, а также выполнял продюсерские функции – занимался финансовыми, снабженческими, технологическими и творческими аспектами, другими словами, самыми разными организационными делами.

Словосочетание «творческие аспекты» прозвучало не для красного словца. В процессе строительства корпусов часто возникали вопросы – что и как делать. Несмотря на высокую квалификацию мастера и его помощника, пусти их на самотек, они сшили бы лодки по известному им и давно апробированному лекалу, а Демочкину хотелось какую-никакую, но реконструкцию – лодку, сделанную под старину. И при этом приспособленную к современным технологиям.

– Я читал историю по карбасам – морским, холмогорским, сибирским. Все они примерно одинаковые. Водоизмещающие, относительно плоскодонные, очень грузоподъемные крепкие суда без надстроек. То есть они не имели рубки. Все пространство шло для практической пользы – лишь бы больше рыбы влезло или другого груза. Но наша задача была удивлять, а не рекорды по грузоподъемности ставить. Отсюда и такой комбинированный дизайн, – объяснил Олег.

В общем, основа лодки Демочкина – это поморский карбас (беспалубное, с заострёнными оконечностями и прямыми вертикальными штевнями судно). Разумеется, за исключением кормы, которая в данном случае не могла быть заостренной, иначе куда было ставить лодочный мотор? А гнутый штевень с резной фигурой – это элементы драккара. Дизайн, кстати, разработал петрозаводский художник Евгений Скоков, известный по иллюстрациям к детским сказкам «Красная Шапочка», «Три поросенка» и другим, изданным в издательском доме «Мистериум», и хорошо знающий тему Севера.

В отличие от исконного лодкостроительства, где для штевня и киля используют кокору, как называется нижняя часть ствола хвойного дерева с перпендикулярным к нему отрезком крупного корня, штевень для лодок Демочкина выклеивали частями из мелких дощечек, потому что таких кокор в природе найти практически невозможно. Была сделана металлическая форма, и каждая досочка приклеивалась и прижималась мощной струбциной. Использовался клей ВИАМ-Б3, разработанный перед Великой Отечественной войной для склейки дельта-древесины, с помощью которого собирали тогда еще фанерные самолеты. Восьмиметровая мачта тоже клееная – из сосновых досок, и поэтому эластичная как лыжа.

 

Были и другие, менее творческие, проблемы, для преодоления которых приходилось включать голову. Например, для стяжки бортовых досок, лежащих внахлест, использовали медные кровельные гвозди диаметром 4 мм с широкими шляпками. Вот только стандартная длина этих гвоздей – 4,5 см, а этого было недостаточно для гарантированной расклепки. Нужны были гвозди шестисантиметровые. Их заказали в Москве. В Петрозаводске станков, штампующих такие гвозди из медной проволоки, не наблюдалось.

Интересна очередность послекилевых работ. То есть вот киль готов, но что дальше – ставить шпангоуты и затем обшивать или сначала обшить лодку, а уж затем поставить шпангоуты? Несведущий человек выберет первый вариант, и это будет ошибкой. Сначала шьются борта, а потом ставятся шпангоуты. Так и делали. В результате доски, для того чтобы создать классический силуэт корпуса, практически не гнули. Все они встали, словно там и были, и напряженность материала вышла почти нулевой, в отличие от гнутых досок, которые несут в себе риск лопнуть при сильном внешнем воздействии из-за внутреннего напряжения. Мало того, с точки зрения осевой симметрии, у мастеров вышла исчезающе малая при таких размерах ошибка – 1 сантиметр на 3 метра.

Доски использовались еловые необрезные и закупались в Петрозаводске и окрестностях. Именно необрезные, а еще – кривые. Чем кривее доска, тем легче она укладывается в обшивку и при этом ее не надо гнуть.

При создании такелажа многое было позаимствовано у известного ялика Ял-6, на котором многие яхтсмены и любители парусного спорта постигали азы водного ремесла.

Впрочем, такелажем «Волк» обзавелся, когда уже был на воде. А путь до воды оказался довольно долгим.

 

Корпуса были закончены, когда еще лежал снег. Олег Демочкин нанял кран-транспортировщик и перевез лодки в район Перевалки. Там в частном доме с большим огородом живет его старинный приятель. Прямо на снег в огород поверх забора и были выгружены лодки. По весне прямо в огороде Олег лодки выкрасил и подготовил к спуску на воду, а в середине мая 2011 года перевез на яхтенную стоянку в районе аэродрома «Пески». И там, занимаясь оснасткой первой лодки, которая и стала «Волком», Демочкин осознал, что вторую лодку ему не потянуть. Потому что снаряжение – носовая фигура, щиты, весла, мачта, парус, веревки, такелаж, кованые детали, якоря, навигаторы, мотор – все это в сумме стоило больше, чем сам корпус.

– И когда я понял, что второй корпус мне полностью не снарядить, – сказал Олег, – я его предложил товарищу по работе Антоше. Он с радостью взял, и у него жизнь поменялась после этого полностью и кардинально. Он живет в Пудожье, деревенский парень, его формат – шустрая «казанка» с хорошим «Ветерком», а тут получил здоровенную лодку с импортным мотором. Короче, у него произошел реальный левел ап.

Они сообща наладили туристический маршрут от деревни Каршево на реке Черная до поселка Гакугса в глубине Муромского озера с попутным посещением петроглифов Бесова Носа. Со временем Антон вторую лодку выкупил.

 

Ну, а у «Волка» началась настоящая жизнь. Чем-то сразу, а чем-то постепенно лодка обзавелась мачтовым топ-огнем на солнечных батареях, двумя пятиметровыми двуручными веслами, лодочным мотором «Хонда» с длинной ногой, мощным картплоттером – это прибор, содержащий приемник GPS, вычислительный блок со специальным программным обеспечением, дисплей, клавиатуру управления и хранилище картографической информации. Были изготовлены и настоящие набортные щиты, совсем как у викингов, которые, правда, Олег Демочкин ставит лишь в исключительных случаях.

 

Вот вроде и вся история рождения озерного «Волка». История, которая лично меня весьма впечатляет. Потому что на фоне вымирания в Петрозаводске яхт и парусного спорта появление красавца корабля – это событие и обнадеживающее, и знаковое, и эстетическое, и имеющее еще самые разные грани. И я не удивлюсь, если со временем «Волк» Олега Демочкина станет одной из визитных карточек Петрозаводска.

Впечатляет еще и потому, что лодка получилась уникальной – хоть патент оформляй. И потому, что личное знакомство с «Волком» превзошло все ожидания. В мыслях мне представлялось аскетично скудное внутреннее лодочное пространство – никаких надстроек, только скамейки и борта. Этакая галера в суровых свинцовых северных водах. А когда увидел покачивающийся у причала карбас и ступил на борт, показалось, что словно попал в какой-то еще один свой дом – приветливый и надежный. К слову говоря, Олег Демочкин вынашивает мысль сшить брезентовую надстройку с окнами по бокам, которая закрывала бы лодку от носа и до весельной скамьи в непогоду и на стоянках.

 

Впечатляет меня и история пока еще короткой жизни «Волка». Лодка, как и хозяин, живет жизнью вольной. Никаких тебе жестко установленных или календарно обозначенных маршрутов. Все походы – по договоренности. Курс может измениться в любую минуту, было бы интересно капитану и пассажирам. Конечно, возможные маршруты Олегом Демочкиным проложены, просчитаны и информационно обеспечены. Но трудно поверить, что у него могло бы быть иначе. К тому же известно, что лучший экспромт – это экспромт, хорошо подготовленный.

Случаются и импровизированные походы. Как, например, в начале июня, когда Демочкин затеял сходить на Ивановские острова – это первая группа островов на выходе из Петрозаводской губы Онежского озера. В чем, казалось бы, проблема, вывел лодку – и вперед. Но Олег решил совместить приятное с полезным – очистить насколько возможно острова от туристического мусора. Он бросил клич ВКонтакте и в назначенное время принял на борт с десяток волонтеров, согласившихся поучаствовать в спонтанном субботнике. В итоге на десять 200-литровых пакетов мусора наши острова стали чище. Сам Олег считает такую заботу о родной земле вполне естественным делом и особо об этом не распространяется.

 

Бессменным членом экипажа давно стала 18-летняя дочь Олега Елена. Она постигает основы туризма в Петрозаводском государственном университете. Однако учеба не мешает ей участвовать в сколь-нибудь значимых походах. В прошлом августе они с отцом, нарастив экипаж, приняли участие в «Кижской регате». Хотя регата «заточена» под обычные лодки класса «кижанка», «Волк» Олега Демочкина, руководствуясь олимпийским принципом «главное не победа, а участие», выступил в гребной гонке. И пусть проиграли соревнование легким и маленьким лодкам, но гребли, упираясь изо всех сил, словно впереди маячила золотая медаль.

 

Разумеется, создать такую лодку, как у Олега Демочкина, стоит дорого – эквивалентно трети или даже половине однокомнатной квартиры в Петрозаводске. При этом квартиры покупаются сотнями, а лодку строит всего лишь один человек. Весьма символично. Тяга к бетонным убежищам в нас сильнее тяги к открытым просторам и природе. Не в смысле выбраться на неделю-другую в туристическую поездку, пусть даже самую экзотическую, а в смысле приходить-приплывать в гости к природе хоть каждый день и испытывать в этом потребность. Но, видимо, такова цена прогресса – урбанизация, информатизация и иже с ними. А я до сих пор помню, как сладко спалось в яхте, которая покачивалась на волнах, словно специально укачивая, а волны терлись о борт, и их шорох и плеск были интереснее сказки на ночь.

Назад