Акция Архив

"Северная звезда"-2019

"Северная звезда"-2019

Открыт прием рукописей на конкурс «Северная звезда»-2019

ПОДПИСКА на "Север"

ПОДПИСКА на "Север"

Подписку на журнал "Север" можно оформить не только в почтовых отделениях, но и через редакцию, что намного дешевле.

Позвоните нам
по телефону

− главный редактор, бухгалтерия

8 (814-2) 78-47-36

− факс

8 (814-2) 78-48-05

Free counters!

"Север" № 09-10, стр. 3

А все же память не исчезла...

Владимир АЛЕЙНИКОВ, ПОЭЗИЯ


Владимир АЛЕЙНИКОВ

Москва – Коктебель

 

Владимир Дмитриевич Алейников родился в 1946 году в Перми.

Окончил искусствоведческое отделение исторического факультета МГУ. Основатель и лидер легендарного литературного содружества СМОГ. Начиная с 1965 года стихи публиковались на Западе. Издаваться на родине стал в период перестройки.

Автор многих книг стихов и прозы – воспоминаний об ушедшей эпохе и своих современниках.

Лауреат премии Андрея Белого. Член ПЕНклуба.

С 1991 года живёт в Коктебеле и Москве.

 

«А все же память не исчезла...»

 

* * *

Будто бы сверху,

Вне бухгалтерий и смет,

Как на поверку,

Пух тополиный – и свет,

Связаны прочно

С каждой частицей души,

Плещутся, точно

Вырвав своё: разреши!

Духом единым,

Искренне, как на духу, –

Как им, родимым,

Реется там, наверху?

Свыше так свыше –

Не уберечь никому,

Ветру за крыши

Рваться уже ни к чему.

Косноязычье,

Века хранящее дух, –

Полчища птичьи,

Вздох тополиный – и пух.

Всё это снова

Живо – и удержу нет, –

Верное слово,

Дух безграничный – и свет.

 

* * *

Ты думаешь, что праведнее дни,

Когда они свободны и спокойны –

И, может быть, внимания достойны,

Которое до сей поры в тени.

И к свету вырывающийся строй,

Звучание, видение, сиянье,

Неспешные зовут воспоминанья

К тебе, – и вот осеннею порой

Ты слушаешь, как листья шелестят

И моря нарастает гул могучий –

И вновь среди мгновений и созвучий

Созвездия о чём-нибудь грустят –

Хотя б о том, что путь твой горек был,

Да сладостью прозрений был отмечен

И радостью земной очеловечен,

Чьей сущностью дышал ты и любил.

 

* * *

Посмотри-ка на холмы, посмотри –

Собери-ка до зимы фонари,

Чтобы новая не знала зима,

Где подъём и где обрыв у холма.

За холмами далеко, далеко

Разольётся фонарей молоко,

Чтобы новые не знали снега,

Чья дорога и кому дорога.

Чья дорога, для кого и к чему –

Не припомню, не приму, не пойму,

Чья дорога, для чего и куда –

Всё равно она уйдёт навсегда.

Навсегда она уйдёт всё равно –

Что0то светится – фонарь иль окно?

Что0то в сумерках уже зажжено,

Что0то высится, с судьбой заодно.

Заодно оно с судьбой или нет –

Это ветер по холмам или свет,

Это свечку зажигать суждено,

Потому что за холмами темно.

Только ветер в темноте, только снег,

Столько лет уже прошло – целый век,

Только век почти прошёл, – подожди –

Что за эхо там, вдали, впереди?

Чужеродною слыла меж химер

Пифагорова гармония сфер –

Притерпелась, обтесалась, ушла

В лабиринты, в тупики, в зеркала.

А теперь она дышать начала,

Отдышалась, ожила, тяжела,

А потом её поди разбери –

Посмотри-ка на холмы, посмотри.

 

* * *

Пропели петухи вторые

От Скифии до Киммерии –

Как ни старался до поры я

Сдержать растущий изнутри

Не просто свет, а что-то вроде

Огня присутствия в природе,

Тем паче, ночью, на свободе, –

Он прорывается, смотри.

А где же первые? – отпели,

Их клич заглох, – но жив доселе,

Как бы разбег озноба в теле,

Невольный отклик на него –

Ещё доступный узнаванью,

Уже подвластный расставанью,

Как раз по мерке дарованью –

Для многих, не для одного.

А всё же память не исчезла –

Омылась хворью, но воскресла,

Плеснулась вспять, хребет и чресла

Разбухшей кровью обожгла, –

Дохнув безбрежностью морскою,

Бездонной нежностью людскою,

Пичужьей вьющейся тоскою,

В моё пристанище вошла.

И если воля есть – то близко,

На грани трепета и риска,

Сплошная звёздная прописка

Покоя – снизу до верхов, –

Усвою правила игры я –

И дай мне, Боже, как впервые,

От Скифии до Киммерии

Дождаться третьих петухов.

Назад